Курильские острова часть 2.

Несмотря на постоянно исходящую от них опасность, вулканы все-таки удивительно красивые природные сооружения. Не всегда это правильные конусы, как у Алаида. Иногда это двойной конус, так сказать «вулкан в вулкане», как например Тятя. Иной раз это гора, увенчанная зазубренными стенами, словно развалины древней крепости, а порой от вулканов остаются только впадины-кальдеры. И если эти кальдеры оказываются на берегу моря, образуются потрясающей красоты бухты, такие, как Львиная Пасть на острове Итуруп. Вход в нее охраняет торчащая из океана скала Камень-Лев, действительно похожая на спящего льва.

Уникален по своему облику вулкан Креницына на Онекотане. В южной части этого длинного узкого острова находится озеро Кольцевое. В центре озера-кальдеры почти на полтора километра вознесся конус молодого вулкана. Верхушка черной горы припудрена снегом и чуть-чуть дымится, напоминая о своем грозном происхождении.

А на побережье острова Харимкотан после очередного извержения вулкана Севергина образовалось множество мелких озер, питаемых ручьями, стекающими с его склонов. Вода ручьев насыщена минеральными СОЛЯМР!, и на дне озер эти соли отлагаются концентрическими кругами, образуя разноцветные осадки: красные, оранжевые, желтые, зеленые, белые. В каждом озере своя, особенная окраска дна, и в солнечных лучах россыпь водяных блюдец отливает всеми цветами радуги.

Необычно строение вулкана Заварицкого на Симушире. Здесь со дна древней кальдеры, как и на вулкане Креницына, вырос новый конус. Но и он, в свою очередь, взорвался, образовав «кальдеру в кальдере». Середина ее занята озером Бирюзовым. Это, наверное, самое красивое озеро на архипелаге: в хорошую погоду воды его, действительно, сверкают бирюзой и нежно переливаются на солнце. Это связано с тем, что в воде кальдерного озера содержатся мельчайшие частицы серы, отражающие свет.

Живая природа островов — достойное обрамление вулканического пейзажа Курильской гряды. Своеобразие ее объясняется большой протяженностью архипелага. Его северные острова соседствуют со снежной Камчаткой, где по угрюмой тайге бродят самые крупные в России медведи, а на крутых скалах еще встречается редчайший снежный баран. А с южных островов в хорошую погоду виден Хоккайдо, на котором в рощах тропических растений и теплых вулканических источниках резвятся жизнерадостные макаки.

Вдобавок, вдоль тихоокеанских берегов Курильской гряды проходит холодное течение Ойя-Сио, принося туманы, дожди и холодные ветры. Охотское же побережье Южных Курил омывает теплое течение Соя, одна из ветвей тихоокеанского Гольфстрима — течения Куро-Сио. Поэтому растительность Курил резко различается не только в северной и южной частях архипелага, но даже на противоположных берегах одних и тех же островов.

Северные острова: Шумшу, Парамушир и другие — царство кедрового и ольхового стланника, а температура летом не поднимается здесь выше десяти градусов. А на юге — на Итурупе, Кунашире и их соседях — высятся настоящие леса из пихты, дуба, клена, дикой вишни с подлеском из бамбука. На Шикотане растут даже тис и бархатное дерево. Весь этот разнообразный древостой густо перевит диким виноградом и другими лианами. Добавьте к этому магнолию, встречающуюся на юге Шикотана, и вам станет понятно, что здешняя флора уже близка к субтропической. При этом на южном, тихоокеанском побережье того же Итурупа склоны покрывает такой же кедровый стланник, как на Парамушире, а стоит перевалить через вулканический хребет на охотский берег, как к тропе подступят заросли трехметрового бамбука.

А вот сухопутная фауна островов небогата: медведи, лисы и мелкие грызуны — полевки, землеройки. На нескольких островах, правда, пасутся еще табуны мустангов — одичавших лошадей, завезенных сюда перед войной японскими кавалеристами. Зато морское побережье радует богатством животного мира. Касатки и кашалоты, серые киты и дельфины резвятся повсюду в курильских водах, начиная от пролива Измены, отделяющего Кунашир от Хоккайдо, и до Первого Курильского пролива к северу от Шумшу. Здесь можно встретить морских котиков и каланов, нерп и самых крупных из тюленей — сивучей. Эти огромные звери, иногда в тонну весом, порой вступают в схватку даже с молодыми кашалотами.

На каждом острове или на скалах у его берегов обязательно есть птичьи базары. Сотни тысяч белоголовых чаек, моевок, бакланов, строят свои гнезда на неприступных прибрежных скалах Курильских вулканов.

И всем им хватает пищи — ведь места, где встречаются теплые и холодные течения, всегда особенно богаты рыбой. Сюда приходят огромные стаи крупных серебристых сардин-иваси, сайры, минтая и палтуса. Здесь раздолье камбалам, морским окуням и бычкам. А в реки поднимается на нерест красная рыба: кета, горбуша и голец. Понятно, что и звери, и птицы Курил всегда обеспечены кормом.

Трудно пока добраться до этого дальневосточного вулканического архипелага. Всего три теплохода ходят сюда из Владивостока через Сахалин. До южных Курил они идут два дня, до северных — все пять. На Парамушир заходят еще и камчатские каботажные суда, огибающие полуостров.

Но зимой, когда Охотское море сковано льдом, острова связаны с материком лишь редкими авиарейсами.

Но труднодоступность делает цель только желаннее. И уж если путешественник сумел попасть на Курилы, увиденное там никогда не изгладится из его памяти. Уже плывя проливом Екатерины (между Итурупом и Кунаширом), он увидит с палубы сразу пять вулканов, в том числе почти двухкилометрового красавца Тятю, который, как и Алаид, служит маяком на выходе из Охотского моря в Тихий океан.

Высадившись на берег в Южно-Курильске, турист может, воспользовавшись отливом, за час-полтора дойти по укатанному волнами черному песку до Горячего Пляжа, искупаться в его источниках и подивиться этой километровой горячей «сковородке», пышащей паром. А продираясь через кунаширские бамбуковые джунгли и кедровый стланник к вершине вулкана Менделеева, путешественник сможет увидеть и фумаролы, и грязевые вулканчики, и удивительные серные поля на склоне вулкана. Право, на Земле не так много мест, где на каменных карнизах возле выходов газовых струй прямо на глазах вырастают сосульки из желтой серы. Можно сунуть ветку стланника в струю, и через десять минут она превратится в подобие желтого коралла.

Не меньше чудес природы и на самом большом острове Курил — Итурупе. Здесь падает в океан с черных базальтовых скал самый высокий водопад России — 140-метровый Илья Муромец. Здесь ожидает туриста живописная бухта Львиная Пасть, фумаролы вулкана Берутарубе и озеро Красивое в кальдере Урбич. На Итурупе — самые красивые леса, богатые ягодами и грибами. Местные жители собирают здесь какой-то особенный «японский гриб», величиной с хорошую сковородку. Говорят, что он никогда не бывает червивым, а по вкусу не уступает белому.

Бухты и прибрежные шхеры Шикотана не уступят по Красоте прославленным фьордам Новой Зеландии. В главном поселке острова Малокурильске, где много лет комбинат перерабатывал китов, пока Россия не прекратила их добычу, можно увидеть самые, наверное, необычные заборы в мире — из китового уса! И всю эту экзотику видят пока, не считая самих курильчан и пограничников, хорошо если сорок-пятьдесят человек в год.

Туристское освоение удивительного архипелага, края вулканов и фумарол, бамбука и магнолий, птичьих базаров и лежбищ сивучей, водопадов и причудливых скал, пока еще даже не начиналось.

Но любознательный путешественник уже сейчас при желании мог бы совершить круиз, скажем по маршруту: Итуруп — Кунашир — Шикотан. На этом пути он заглянул бы в сказочную Львиную Пасть с ее пятисотметровыми отвесными стенами и впервые ощутил бы себя внутри настоящего вулканического жерла, почувствовал под ногами Горячий Пляж и услышал рев сольфатар Кунашира, проплыл по шикотанским фьордам и встретил бы рассвет на далеком красивом мысу с выразительным названием Край Света. И, глядя на бескрайний простор Тихого океана, почти физически ощутил бы, что до следующей земли на востоке — восемь тысяч километров. Столько же, сколько на запад до Москвы...